Альфия Еникеева. Второй волны коронавирусной инфекции удастся избежать, если иммунитет будет у 50-70 процентов населения. Пока столько нет нигде в мире. В Германии — 14 процентов, в Испании — пять. По предварительным данным, в России — 20 процентов.
Вычислить по антителам
По оценкам международной группы ученых, эпидемия закончится, когда коллективный иммунитет — доля переболевших или привитых от болезни — достигнет 66%. Это требует вакцины. Сейчас, когда препараты только тестируются, подобный результат невозможен, полагают шведские и британские специалисты. Кстати, согласно их модели, хватит и 43%.
“У нас, конечно, такого нет, даже если считать “среднюю температуру по больнице”. В разных регионах показатели отличаются. По нашей информации, в Петербурге популяционный иммунитет — на уровне 26 процентов. В Ленинградской и Московской областях — 20 с небольшим. В Хабаровске и Тюмени — 19″, — рассказывает РИА Новости директор Санкт-Петербургского НИИ эпидемиологии и микробиологии имени Пастера, академик РАН Арег Тотолян.
По поручению Роспотребнадзора возглавляемая им научная команда уже второй месяц занимается коронавирусной статистикой. Всего в проекте участвуют более 70 тысяч человек из 26 регионов. Основной инструмент — тест на антитела, которые появляются на вторую-четвертую неделю болезни.
“Мы обследовали в каждом регионе 2800-3000 человек. Выборку формировала компьютерная программа на основе анкет. Охватили семь возрастных групп — с года до 18, с 19 до 29 и далее с шагом в десять лет. Последняя категория — 70 плюс. Больных в активной фазе в исследование не включали. Это было единственное ограничение. Ведь нас интересовали IgG-антитела, а они образуются не сразу, но дольше всего сохраняются в организме и защищают от повторного инфицирования”, — уточнил академик.
Трехкратная проверка
Сейчас эпидемиологи обрабатывают результаты первого этапа проекта. Исследование полностью завершили лишь в 14 регионах из 26. В остальных, в том числе в Москве, Республике Крым и Ставропольском крае, сбор данных продолжается.
“В августе уже почти по всем регионам будут предварительные итоги. Второй этап запланирован на первую половину сентября, а в конце ноября проведем третий. То есть мы в течение полугода трижды проверим тех же самых волонтеров. Это позволит отследить динамику, понять, как долго антитела сохраняются в организме. Пока ясности в этом вопросе нет”, — подчеркнул ученый.
До сих пор нет ни одного подобного исследования, подтвердила заведующая отделом иммунологии российского научно-исследовательского противочумного института “Микроб” Роспотребнадзора, доктор медицинских наук Светлана Бугоркова.
“С одной стороны, имеются данные по повторному заболеванию, но они единичны и вызывают вопросы по первоначальной диагностике. С другой стороны, есть экспериментальная работа, в ходе которой ученые не смогли повторно заразить COVID-19 макак-резус. Однако авторы просто смоделировали заражение, излечение, получили титр антител и повторно инфицировали. Не увидели репликацию вируса и на этом основании сделали вывод, что реинфицирование невозможно. Надо это оценить в динамике, определить длительность иммунитета”, — отмечает ученый.
По мнению Светланы Бугорковой, изучающей иммунный ответ организма на SARS-Cov-2, в пользу невозможности повторного заражения скорее говорит формирование клеток памяти — так называемый адаптивный иммунитет.
“Уже доказано, что в организме человека формируются Т-клетки, специфичные к новому коронавирусу. Среди них есть характерные для острой фазы и те, что образуются при выздоровлении. Последние несут фенотип клеток памяти и как раз могут обеспечить защиту от повторного заражения. О ее долговременности пока трудно говорить. Но можно провести аналогию с коронавирусом SARS-CoV, вызвавшим эпидемию атипичной пневмонии в 2002 году. Эта инфекция по структуре, механизму проникновения в организм, возникающим изменениям очень похожа на нынешнюю. Показано, что иммунные клетки, ответственные за формирование гуморального — антительного — ответа, в организме пациентов, переболевших атипичной пневмонией, сохранялись недолго. А Т-клетки памяти находили и через несколько лет после выздоровления. Более того, они реагировали даже тогда, когда не было антител”, — рассуждает иммунолог.
Клетки помнят все
Шведские ученые обработали огромное количество образцов крови при помощи довольно дорогого анализа ELISPOT (Enzyme-Linked ImmunoSpot), позволяющего определять Т-лимфоциты, которые играют важную роль в иммунном ответе на SARS-CoV-2. Оказалось, что и у тех, кто переболел COVID-19, но не имел IgG-антител, работал Т-клеточный иммунитет.
“Шведы считают, что титр антител, если его использовать как единственный индикатор популяционного иммунитета, не дает полную информацию. Как минимум часть людей будет реагировать преимущественно по клеточному типу ответа. То есть без антител, но с активированными Т-клетками памяти. К сожалению, оценить охват адаптивного иммунитета довольно сложно, пока проще тестировать на антитела. Но, исходя из общей иммунологии, к тем, у кого антитела, смело можно прибавить еще десять процентов. Это те, кто переболел и приобрел Т-клеточный иммунитет”, — говорит Светлана Бугоркова.
По мнению Тотоляна, называть окончательные результаты рано, но уже понятно, что в России антитела к этой инфекции есть примерно у четверти населения.
“Мы сравнили предварительные данные по регионам и заметили удивительную закономерность. Независимо от процента переболевших максимальная иммунная прослойка — у детей от года до шести и от семи до 14 лет. А ведь заболеваемость среди них была низкая”, — подчеркивает академик.
Именно в этой группе происходит пассивная иммунизация: дети, как правило, больше контактируют друг с другом и болеют бессимптомно. Вторая по численности категория с большой иммунной прослойкой — пожилые люди старше 70 лет. Как предполагают исследователи, это связано с тем, что в России бабушки и дедушки часто сидят с внуками, пока родители на работе. Именно через них они и могли приобрести иммунитет.
