Все новости на карте
В Польше второй месяц продолжаются массовые протесты, формально направленные против законодательства об абортах, а фактически против власти Ярослава Качиньского. Этого человека по праву считают одним из главных врагов Москвы, все его сознание подчинено идее «противодействия российской угрозе». Но означает ли это, что свержение Качиньского отвечает нашим интересам?
Одним из неотъемлемых принципов внешней политики современной России является осуждение любых революций, включая такой их извод как «бархатные», они же «цветные». Для этого много причин, начиная с болезненного опыта 1917 и 1991 годов, заканчивая христианским по сути подходом не желать соседу того, чего не желаешь себе.
Холодный нейтралитет при очередном перевороте в Киргизии — тот максимум лояльности, которую может продемонстрировать официальная Москва. Даже протесты и погромы BLM на территории стратегического противника — США государственное телевидение России освещало с осуждением к активистам и сочувствием к разбитым витринам, мол, докатились, так же нельзя.
Польша рискует вылететь из Евросоюза
И это при том, что именно Вашингтон мы подозреваем в продвижении «цветных революций» у наших границ. Что ни бунт, то нам проблемы — в виде агрессивного антирусского национализма в том числе.
Польша тоже — у наших границ. И там сейчас собственный «майдан», своим острием направленный, пожалуй, на самое русофобское правительство Евросоюза — кабинет министров партии «Право и справедливость» (ПиС) и ее серого кардинала Ярослава Качиньского.
Базовое качество этого политика — идейность. В его глазах Россия вековечный враг. Грабитель, оккупант и палач. Конкурирующий консервативный проект. Убийца родного брата. Угроза западной цивилизации. Всё это — мы.
Агрессивный польский национализм для России еще хуже украинского, поскольку независимая постсоветская Польша, в отличие от Украины, имеет историю успеха, связанную в том числе с Качиньским. Экономические достижения поляков неоспоримы, рост ВВП более чем на 5% в год для них норма даже сейчас, но еще в 2018-м индексное агентство FTSE Russel перевело рынок Польши из развивающихся в развитые — первым в Восточной Европе.
Обычно рост благосостояния сопряжен с врачеванием национальных комплексов, но панов это не затронуло. Во всех антироссийских инициативах ЕС они по-прежнему первые, если только литовцы вдруг не подсуетились раньше.
Теперь в этом крае достатка и стабильности, чинного богомолья и традиционных ценностей восстали улицы — и восстали как раз против традиционных ценностей.
В силу исторического опыта, поляки не доверяют Европе вопросы своей безопасности и ориентируются строго на США. Возможно, именно там недобрый католик Качиньский подсмотрел систему, по которой окончательные вердикты по важнейшим вопросам общественной жизни принимает Верховный суд. Его аналог в Польше после проведенной силами ПиС реформы постановил резко ужесточить законодательство об абортах, которое и без того было одним из наиболее консервативных в Европе.
Кстати, право на добровольное прерывание беременности польскими консерваторами тоже трактуется в антироссийском ключе, мол, наносная большевистская зараза.
Вызванные этим решением суда протесты продолжаются уже второй месяц. Сейчас инициативу опять перехватили феминистки, но секрет массовости польского майдана, прежде всего, в том, что он стал поводом к объединению почти всех, кто недоволен Качиньским, включая ковид-диссидентов и фермеров, которым он навязал слишком разорительное законодательство о гуманном обращении с животными.
С украинскими «майданщиками» их польских «коллег» объединяет ориентация на Евросоюз и принятую там систему ценностей, тогда как Качиньский со своими ксендзами воспринимается как рудимент прошлого, пытающийся утащить современную страну в Средневековье.
Если эти недовольные при очевидной симпатии к ним со стороны Брюсселя добьются своего (по вопросу абортов власти уже дали «задний ход», но действительно объединяющий оппозицию лозунг — это отставка правительства и досрочные выборы), кажется, это повод к тому, чтобы впервые пересмотреть свое отношение к «майданам» и поприветствовать польский, бросивший вызов наиболее идейному, последовательному и пламенному врагу России не континенте в лице Ярослава Качиньского.
Увы, но это только кажется. Пока что практика показывает, что с точки зрения интересов России хороших майданов на нашем приграничье не бывает и быть не может — даже в Польше.
Дело даже не в том, что эта «движуха» вобрала в себя ультралевых радикалов, нападающих на церкви с краской и на их защитников с ножами. Это противно русскому духу, но параллельно российским интересам.
Дело в том, что Качиньский и Ко настолько плохи, что по-своему даже хороши.
Для Брюсселя и Берлина Варшава в эпоху ПиС — это больной ребенок Европы, возмутитель спокойствия и откровенно враждебная официальной либеральной парадигме сила. Конфликт между ними и Качиньским вносит дисбаланс в Евросоюз, ослабляет его и лишает политического единства.
В журнале Newsweek Polska, описывая этот конфликт, договорились до того, что назвали ПиС «русской партией»:
«В Кремле долгое время инвестировали в то, чтобы заставить Польшу заговорить в интересах России. И дождались. Ярослав Качиньский зазвучал как русский пропагандист».
Фактор склоки в европейском семействе исчезнет, если к власти придет оппозиция, конкретно — относительно либеральная «Гражданская платформа» (ГП), одним из лиц которой является бывший глава Евросовета Дональд Туск. Тогда в отношениях Берлина и Варшавы начнется медовый месяц, хуже того, он может начаться в отношениях Варшавы и Киева — польские либералы гораздо менее чувствительны к вопросам исторической памяти с тэгами «Бандера» и «Волынь».
А вот в отношениях с Москвой ничего не изменится. ГП ничуть не менее антироссийская партия, чем ПиС, просто действует, исходя из «политики ценностей», как какой-нибудь Байден, а не из сермяжного польского национализма, но неизвестно, что хуже.
Зато известно другое: весьма удобно, если твой главный критик — радикал и мракобес, которому сами европейцы давно отказали в хорошей репутации и даже в адекватности. Например, бывший министр обороны и член ПиС Антоний Мачеревич верит не только в то, что Москва подстроила авиакатастрофу под Смоленском и спровоцировала Волынскую резню, но и в то, что так называемые «Протоколы сионских мудрецов» — исторический документ. И очень хорошо, пускай верит — в таком сочетании это только дискредитируют польскую русофобию.
Польская молодежь зачастую не разделяет русофобского настроя качиньских дедов — для нее она что-то устаревшее и неактуальное, как тот же антисемитизм. Именно молодежь задает сейчас тон в протестующей Варшаве, но она же — электорат ГП как антитезы ПиС. А поскольку менее антироссийской политики польская элита предложить не может и не собирается, нас устраивает, что она будет ассоциироваться с «ксенофобом», «мракобесом» и «врагом женщин» (как только ни называют Качиньского), а не с причесанными евробюрократами, которые чуть чаще улыбаются, но ненавидят нас столь же сильно и ни слова не скажут против усиления американской группировки на территории Польши.
Лучше пан, чем майдан. Даже если у пана к нам, по его же собственным словам, «кровавый счет без срока давности».
Видео дня. Все соцсети завалены: стилиста Зверева просят стать депутатом
